Тайны старых дневников. «Доходники».

Дом Гавалова музей Крошицкого

«Доходники»- так в Севастополе называют жителей доходных домов. Их жизнь, это полная противоположность патриархальному миру старого домовладения. Первые этажи домов обычно сдаются под магазины. Остальные занимают конторы, комнаты, которые получают внаём гражданам разного достатка. И обстановка в них соответствующая. Поэтому доходный дом – это смесь людей разных уровней образования, возможностей, характеров…

Но есть другой тип доходных домов. В них снимают комнаты и даже не одну, господа почтенные, с большими запросами и амбициями. Они стремятся общаться только с подобными себе, на выездах используют даже авто, что является невероятным шиком. Часто у таких домов останавливаются конки конно-почтового сообщения с Южным Берегом Крыма.* Многие господа при деньгах, и готовы куролесить по южнобережным ресторанам, увеселительным местам, пляжам, публичным домам. Они приехали прожигать жизнь. Для них её понимание укладывается в набитый прелестями Крыма желудок, ублажением телесных потребностей, безудержном волочении за дамами света и в утверждении собственного самолюбия ценой тех, кто их слабее. Прав старик Гераклит** молвивший: «Если бы счастье заключалось в телесных удовольствиях, мы бы называли счастливыми быков, когда они находят горох для еды».

Квартиры доходных домов состоятельных господ одинаково благоустроены, со всеми удобствами. Отличаются размерами и расположением окон. Имеет значение этаж. Некоторые квартиры годами снимаются семьями или одинокими, но достаточными людьми. Среди последних есть те, кто остаток жизни проводит в доходном доме и умирает в нём.

В Севастополе известен доходный дом Семёна Христофоровича Гавалова, что на Нахимовской улице (совр. Нахимовский проспект. – А.Ч.). Много лепнины, высокий, каждый этаж сделан по-своему, тесный петербургский дворик-колодец в наличии.***

______________________________________________________________________________

* Начало XX века. Стоимость проезда между Севастополем и Ялтой через Байдарские ворота составляла: 2-х местный фаэтон, 2-е лошади – 15 рублей, 4-х местная коляска, 4-е лошади – 20 рублей, 4 -х местное лондо, 4-е лошади – 28 рублей, коляска 4-х местная, 4-е лошади – 18 рублей.

До Байдар оплачивается половинная сумма.

Между Симферополем и Ялтой через Алушту можно было проехать на 2-х местном фаэтоне, 2-е лошади за 16 рублей. На коляске 4-х местной, 4-е лошади – 22 рубля, тот же вариант, но при 3-х лошадях – 20 рублей, а 4-х местное ландо при 4-х лошадях – 30 рублей.

До Алушты платится половинная сумма.

Ландо (фр. landau). Четырехместный экипаж, чаще для городских выездов. Имеет откидной верх. Может использоваться как карета, так и как коляска.

** Гераклит Эфесский (ок. 544-540 гг. до н.э.) древнегреческий философ.

*** С.Х. Гавалов. Севастопольский купец 1 гильдии. Потомственный почётный гражданин. В начале XX века владелец доходного дома по адресу пр. Нахимова № 9. Квартиры второго и третьего этажей сдавал внаём, выше – проживал сам. На первом этаже находились магазины белья братьев А. и Я. Альшванг, обувной магазин С.М. Каракоза, а также отделения Московского международного и Соединённого банков. В настоящее время в доме располагается Художественный музей им. М.П. Крошицкого (первый и второй этажи), ряд учреждений (музыкальная школа № 1). В 30-х годах XX века на первом этаже находились магазины, на втором — Дом учителя. На современном пр. Нахимова, это единственно сохранившееся дореволюционное здание.

В июле 1894 года на собственные средства заложил в Константиновском реальном училище (совр. школа № 3) колокольню, которая была закончена постройкой осенью 1895 года. Староста учебного заведения, сменив на этом посту В.Ф. Загордянского, который 12 лет выполнял данные обязанности. Поговаривали, что заслужил столь почётную должность после того, как безвозмездно передал на строительство церкви при училище 2500 рублей. Произошло это в бытность директором заведения князя Н.Г. Урусова, т.е. в 80-е годы XIX века. Высота церкви, как и колокольни, на которой помещался освященный в ноябре 1894 года колокол весом 29 пудов (475 кг.), составляла 18 аршин (12,8 м.). Существует мнение, что это была самая высокая точка города конца XIX века.

Нахимовский проспект.Слева доходный дом Говалова начало 20века

Принимал активное участие в работе нескольких составов городской думы Севастополя конца XIX — начала XX века. Входил: во врачебно-санитарный совет при городской управе (санитарная контора на базаре в Артиллерийской бухте) и Общество взаимного кредита (Нахимовский проспект, 33), Ялтинский уездный съезд, заседавший в Севастополе ежемесячно, Общество для пособия недостаточным, ученикам севастопольского Константиновского реального училища (Чесменская, 73 (совр. ул. Советская), севастопольское отделение Таврического епархиального училищного совета (Малая Офицерская, 19 (совр. ул. Воронина на Городском холме), Научно-спортивное общество «Севастопольский аэроклуб» (Гоголевская, 22 (совр. ул. Гоголя), Второе Российское страховое общество (Екатерининская, 47 (совр. ул. Ленина) и Малая Офицерская, 36).

В этом доме живут разные люди, но не ниже среднего достатка. Остальные снимают квартиры у домовладельцев. Цена оплаты жилья меняется в зависимости в его удалении от центра города. Но, конечно, ниже, чем у Гавалова. Есть на Корниловской набережной нумера Сергова с морскими ванными. Они используются как гостинца и как доходный дом. Последнее хозяину выгодно в зимнее время, когда приезжих немного. В Балаклаве пользуется спросом доходный (собственный) дом купца Афанасия Христофоровича Христопуло* на Набережной (совр. наб. Назукина, 9. – А.Ч.).**

______________________________________________________________________________________

* А.Ф. Христопуло. В начале XX века представлял интересы ялтинского земства в Балаклавском по государственному налогу с недвижимых имуществ присутствии. Афанасий Христофорович состоял в Балаклавском благотворительном обществе. Оно располагалось в здании городского управления (упрощённого), которое находилось на ул. Базарной (соб. дом).

В доме Христопуло работало страховое общество «Якорь», агентом которого являлся Х.Э. Алексакис. Его сын, Орион Христофорович Алексакис (1889-1920) с золотой медалью окончил севастопольскую мужскую гимназию (1917). Один из организаторов первой комсомольской организации в Севастополе. Убит, будучи направленный для подпольной работы в Грецию (в Севастополе его именем названа улица).

** В столице Крыма строительство доходных домов заметно активизировалось в конце XIX – начале XX вв. На начало XXI века в Симферополе официально внесены в списки памятников архитектуры 15 бывших доходных домов. Значительная часть их находится в центре города. Это дома: Ашкинази по ул. Менделеева, 1; братьев Тарасовых, ул. Горького, 1; Х.К. Деведжиева по ул. Турецкой, 14; Караева по ул. Турецкой, 12; Крылова по ул. Ефремова, 18; Панченко по ул. Горького, 2; Папе по ул. К. Маркса, 6; Петина по проспекту Кирова, 34; Прика по ул. Сергеева-Ценского, 26; Топалова по ул. Горького, 8; Хаджи по ул. К. Маркса, 3; Черкеса по ул. К. Маркса, 5; Шнейдера по ул. Гоголя, 7 и по улице К. Маркса, 7 ).

Для Севастополя данное явление не было свойственно, так как – это морская военная крепость, главная база флота, первое назначение которой есть решение оборонных задач в масштабах империи.

Обитатели номеров доходного дома

Если первый этаж отдан С.Х. Гаваловым под магазины, то второй занимают, главным образом, конторы. Следующие этажи заполнили «доходники» (не считая собственного жилья хозяина). Чем выше, тем квартиры дешевле. Важно, чтобы окна выходили на улицу. Те, что «смотрят в колодец» (т.е. во двор. – А.Ч.) – делают комнату полутёмной весь день, даже если он солнечный. В столичных доходных домах есть лифты, швейцары (брал по 2 рубля с каждого постояльца в месяц за его использование). У нас просто – лестница с ажурными перилами.

Двор тесен, места для строительства даже подсобного сарайчика не осталось. Негде сложить и дрова. После привоза их сразу разносят по квартирам. Это создаёт неудобства и приводит к ворчанию постояльцев доходного дома.

Цена за квартиру укладывается в несколько десятков рублей, что заставляет многих экономить. Одну комнату они сдают внаём одиноким молодым людям. Если жил один человек, то сумма аренды составляет примерно 10 рублей, двое — 15-16 рублей. Главный квартиросъёмщик берёт на себя труд делать мокрую уборку комнаты и поставку по утрам и вечерам кипятка.

Портной за работой

На третьем этаже живут семьи трёх приказчиков, портного, военного фельдшера, служащего и ещё кто-то. Остальных не знаю. Раза два мы с бабулькой приходили к портному Никите Ивановичу по мелким делам. Оказалось, что они ещё с русско-турецкой знакомы. «Иванович» и тогда портняжным делом занимался, но при армии.

Во время этих посещений удалось коротко присмотреться к житию некоторых постояльцев доходного дома.

Приказчики придавали большое значение наружности, следили за модой, всегда выбриты и с накрахмаленными воротничками. Целлулоидные не носили. Неизменно за ними струился аромат одеколона, ещё долго висевший в коридоре после их ухода. И у каждого свой запах.

Жёны приказчиков не разговаривают друг с другом, но постоянно жалуются на скупость супругов. Один из них, например, требует ежедневного отчёта второй половины по расходам письменно. Он и в театр ходит с другими коллегами, оставив супругу с дочерью дома. Все приказчики в разной степени держат себя высокомерно относительно домочадцев и постояльцев (кто сдаёт комнату). Но пришлось наблюдать как угоднически, подобострастно все без исключения они относятся к господам и самому Гавалову. Встретив Семёна Христофоровича обязательно кланяются, нежнейше улыбаются и молвят неизменное, магазинное: «С добрым утречком-с! Проходите, только после Вас. Изволите, я прикажу и Вам доставят…».

Сколько раз не бывали на их этаже, ни один из приказчиков с нами не поздоровался.

Военный фельдшер находится в постоянных заботах. Беспокойство создают многочисленные страждущие посетители. Это связано и с тем, что тот лечит все болезни подряд (!?). Чаще всего у него бывают приказчики Сенного и Городского рынков, заезжие торговцы, ремесленники, служащие контор, заходят учителя. Не все дают деньги, некоторые откупаются продукцией. Поэтому семья фельдшера питается прилично. На столе кушанье всегда свежее, качественное. Обычно закроются в своей комнате и всё поглощают сами. Гостей не любят, никого из соседей не угощают.

Фельдшер — это человек невысокого роста, сутуловат, узок в плечах. По лестнице поднимается с придыханием, припадая на левую ногу. Над бледно-розовыми губами примостились рыженькие усики не всегда расчёсанные. Голос низкий, слегка скрипучий. Одевается чисто. За этим тщательно следит супруга, румянощёкая хохотушка Полина, полная противоположность угрюмому мужу. А тот терпел её насмешки, терпел, терпел, и выпалил в сердцах однажды:

- Смех без причины, признак дурачины, голубушка. Вот чего смешного в том, что на карнизе увидела?

- Право, дурачок. Смотри, как голубки целуются, да воркуют. У людей такое редко встретишь. Смотри, сколь радости… Как он кланяется ей, а та головку приподнимает и склонив набок принимает ухаживание. Посмотри же, смотри!..

- А-а-а, ну тебя! Сейчас придёт «устричный капитан». Не до твоих сказок. У меня клиентура, которая, между прочим, и тебя кормит.

- А-а-а, что с чухнёй* говорить, — замахала руками Полина. – И чего я за тебя замуж выскочила?

Чувствуется, что за видимой самоуверенностью фельдшера прячется зависть к врачам с образованием. Говорит, что главное в медицине – это практика, а не теория за которую «профессора зря дерут деньги с больных». Здесь просматривается ущемлённое самолюбие и субъективность. Но надо видеть лицо фельдшера, когда пациенты угодливо называют его «профессором». Вообщем, как человек, он скучный, малоинтересный. Говорить с ним на другие темы после медицины сложно, а то бесполезно. Фельдшер находит массу причин остановить беседу и удалиться. Кроме работы любит хороший табак, увлечён страстью к накопительству денег и долгий сон. Привычка к последнему не может поколебать даже возможную дополнительную прибыль от больных. Всех без исключения принимает, только приобретя бодрость после долгого сна. Его продолжительность равняется 12 часам в сутки и не менее.

Сразу стала любопытна многочисленная семья портного, которого мы посещаем. Её глава приятный в общении человек среднего роста и как лунь седой.

______________________________________________________________________________________

* Чухня (ны). В просторечии — дикий, отсталый, бестолковый человек. Впрочем…

В начале XX века в Петербурге «всюду встретите угрюмого «пасынка природы» — чухонца», — писал современник. Явление обыкновенное. Чухня занималась поставками в столицу молочных продуктов, ивовой коры, рыбы и другого товара. Таким образом, это понятие имеет расширенное толкование.

В районе Петербурга существовали «чухонские деревни». Они были сильно разбросаны друг от друга. Это связано с их размещением на заболоченной территории с островками, которая славилась изобилием гранита. Гнали они и «чухонское» масло, торговали раками свежими и варёными, грибами. Петербуржцы очень любили маринованные, хрустящие чухонские грузди на чесноке, укропе, луке залитые особым соусом и белые грибы во всех вариантах.

В сложной системе продовольственного снабжения столицы чухня прочно удерживала свою нишу.

Начитанный и по убеждению – толстовец.* На дому шьёт бельё не только под личный заказ, но и от ряда малых ателье города. Последние заказы давали подчас капризные и от лиц состоятельных. Посыльный приносит ему готовые выкройки с приложением рисунка фасона. Портной – человек скрупулезный, заказы выполняет в срок. В этом помогает детвора, ученики местных гимназий (все мальчики). С малых лет он учит их «прибыльной» профессии и те охотно стараются.

______________________________________________________________________________________

* Толстовство. Религиозно-утопическое направление общественной мысли в России конца XIX — начала XX века. Его основу составляло учение русского писателя-классика Л.Н. Толстого, которое он частично изложил в «Исповеди», «В чём моя вера?», «Крейцерова соната»… Острой критике подвергнуты не только церковь, но государственные структуры власти. Однако учение не избежало противоречий, характерных для многих европейских направлений философской мысли того периода. Они: «… присущи и толстовской критике науки, философии, искусства, государства и т.д. Толстой полагал, что современная наука утратила сознание того, в чём назначение и благо людей. Ответ на вопрос о смысле жизни, без которого человек теряется в многочисленности существующих и бесконечности возможных знаний, может быть получен только из разума и совести, но не из специальных научных исследований. Главную задачу осознавшей себя личности Толстой видел в усвоении многовековой народной мудрости и религиозной веры, которая одна даёт ответ на вопрос о назначении человека.

Религия Толстого почти целиком сводилась к этике любви и непротивления и своей рационалистичностью напоминала учения некоторых сект протестантизма, обесценивающих значение мифологических и сверхъестественных компонентов религиозной веры. Критикуя церковное вероучение, Толстой считал, что догматы, к которым церковь сводила содержание христианства, противоречат элементарнейшим законам логики и разума. Согласно Толстому, этическое учение первоначально составляло главную часть христианства, но в дальнейшем центр тяжести переместился из этической в философскую («метафизическую») сторону. Главный грех церкви он видел в её участии в общественном порядке, основанном на насилии и угнетении».

Последователи учения Льва Николаевича проповедовали непротивление злу насилием, организовывали производственные общины, призывали к отказу от платежа податей, несения военной службы. Отрицание государства занимало особое положение в учении. Достигнуть данной цели предполагалось последовательно, путём постепенного отказа граждан от обязанностей и должностей, воздержания и уклонения от государственных обязанностей

Власть жёстко преследовала «толстовцев». Активистов отправляли в ссылки, они выезжали за границу, где пытались создать колонии. Сам Л.Н. Толстой был отлучён от церкви. Некоторые исследователи считают, что отказ писателю в утверждении его почётным гражданином Севастополя в 1905 году, в определенной степени связан с данным вопросом.

6 часов утра, Никита Иванович на ногах. Устроившись за портновским столом, и мурлыча романсы под нос, лихо орудует «инструментом». Но когда по праздникам озвучивал их за столом, многие с удивлением проговариваются, что в Никите Ивановиче погиб талант оперного певца. И то, правда истинная, подтверждаю.

Доходный дом Христопуло. Балаклава начало 20века

А в полночь, покидая свой стол, шутит: «… да здравствует 18-ти часовой рабочий день». Воистину о таких глаголют – всё что имею, добыл собственным горбом, сделал своими руками.

Случается, водит домашних в оперетту, которая в Севастополе большая редкость, и на театральные представления. Говорит, что лучше всего ему думается во время шитья. В отличие от фельдшера не боится пространных вопросов. Живо реагирует на юмор. И вообще, многое в нашем общении стало первым в моей жизни. А вот близкого общения с сыновьями портного не получилось. То в гулянье, то учатся, а то по поручениям где, то подрабатывают. Никита Иванович беспощадно с детства приучает их к труду и самостоятельности. Мне бы… такого батю.

Знойным июлем каждого года отправляет семью в деревушку Мамашай (совр. Орловка. – А.Ч.), что на реке Кача севернее Севастополя. Там живёт знакомая татарская семья, приветливая и гостеприимная. В дикости огромного песчаного побережья они проводят время, упиваясь спокойствием, умеренностью и отсутствием забот. Обо всём заранее заботится Никита Иванович. А сколь потом воспоминаний?

Сам остаётся в Севастополе и продолжает работать. На сон 4-5 часов в сутки.

Недалеко от фельдшера снимает две комнаты мещанская семья. Люди неприметные, малообщительные. Живут не по средствам. Глава семьи, мелкий служащий, получает скромное жалование. Экономия – строжайшая, дабы дети были одеты, обуты и «не хуже других». Обучение только в гимназии, а для Севастополя это почти 50 рублей. Поэтому постояльцам приходится унижаться, выискивать дополнительные заработки, идти на хитрости. Только чтобы не отстать, а лучше догнать каких-нибудь В.К. и Т.М., а потом обсудить это в узком кругу подобных. Чтобы достичь призрачного превосходства над ближним, супруга служащего снуёт по распродажам, переделывает дешёвое бельё в более «приличное», перепродаёт, перекупает. При этом надо принимать гостей полезных. Опять траты, стремление любой ценой скрыть недостаточность.

Порочный круг, из которого мало кто выбрался. Данный пример не исключение. Ибо лицемерие внушалось и детям. В гостях лишнего пироженного не возьми, виноградинки не скушай и делай вид, что сыт, не нуждаешься в приличной закуске.

Меблированные комнаты Сергова Корниловская набережная

Особенно страдают девочки. Надоедливо им внушается, что от брака зависит благополучие семьи, её будущее. Сколь трагедий следует этому. Сколь несчастных замужеств… Нет, нет, а промелькнёт в сводке полицейского управления лаконичная информация о самоубийстве молодой женщины «на почве любовных проблем». А какие они, в чём суть, можно ли избежать было беды?

Эта семья меня не интересует, довольно о ней.

А вот семья железнодорожника Королёва, проживающая в дворовой пристройке, являет собой полную противоположность выше приведённой. Ни зависти, ни лжи, ни амбиций, ни зазнайства и высокомерия. И строение, в котором живёт семья из трёх человек, есть невзрачное обиталище, состоящее из маленькой, полутёмной комнатки и совсем сумрачной чёрной кухоньки. Но я не видел грусти и угнетения на лицах этих простых людей. Тогда думал – простых. Скоро, более близко познакомившись с хозяином семьи, узнал, что он прошёл два курса Московского инженерного училища*, не окончив его, а супруга из дворянской семьи Юрасовых Самарской губернии. Она училась в женской гимназии Самары, экстерном окончила Севастопольское железнодорожное техническое училище.** Почему оставила состоятельных предков, не спрашивал, а домашние не касались этого вопроса.

Глава семьи – Пётр Васильевич, милейший человек, добросовестный, любящий свою супругу и единственную дочурку – Сашеньку. Его девиз: «по одёжке протягивай ножки» (полная противоположность жизненному кредо выше описанной мещанской семьи). Работают и учатся все.

Сашенька получает образование в казённой женской гимназии,*** а её мама учительствует в Одно классном железнодорожном училище.**** Под фразой

_____________________________________________________________________________________

* В настоящее время это Московский государственный университет путей сообщения (МИИТ).

** Железнодорожное техническое училище. Учебное заведение находилось по адресу улица Соборная, 8 (совр. ул. Суворова), против собора Св. Владимира. В 30-е годы XX века в помещениях бывшего училища находился техникум Наркомата путей сообщения. Во время второй обороны Севастополя (1941-1942) здание было разрушено и не восстанавливалось. На его месте находится одноэтажный домик командующего ЧФ РФ.

*** Казённая женская гимназия. Находилась по адресу ул. Соборная, 24 (совр. ул. Суворова). В начале XX века учебное учреждение возглавлял статский советник Бракенгеймер Пётр Иванович. Попечителем Совета гимназии являлся городской голова Севастополя купец Ергопуло Николай Фёдорович. Число учащихся составляло около 400 человек.

Здание сохранилось. До войны в нём находилась школа № 2. После окончания боевых действий долгое время помещения бывшей гимназии занимали Музей Краснознамённой комсомольской организации Севастополя, народный Межшкольный краеведческий музей, а с 1968 года детская Экскурсионно-туристическая станция. Их сотрудники сделали очень многое для просвещения юных севастопольцев в истории города.

На рубеже XX — XXI веков здание перепрофилировано и передано в распоряжение судебной системы.

**** Одно классное железнодорожное училище. Находилось на современной Зелёной (Красной) горке, быв. «Мекензиев курган» (середина XIX века) в собственном доме инженера, почётного блюстителя Владимира Моисеевича Олиферова. Численность учащихся около 150 человек.

Это место находится юго-восточнее современного ж.д. вокзала, между Лабораторной и Сарандинакиной балками.

«учились все» следует понимать, что Королёвы много занимаются самообразованием. Случись свободное время, они за книжкой.

- Коля, книга – это сущее богатство, — говорил в минуту душевного благополучия дядя Петя. — В ней столько полезного, жизненного, необходимого не только для знаний, но понимания многих процессов, происходящих вокруг тебя. Наконец, книга – это живое, как мы с тобой, существо. Да, да, именно так. Есть книги несущие болезнь, ущербность, неверие в свои силы, ощущение недостаточности, недостойности… А есть, кои вдыхают жизнь, закладывают необходимость борьбы, состязательности, стремления стать личностью, стать человеком с большой буквы. Именно так, любезный мой. Мы не рождаемся личностями и тем же человеком. Мы ими становимся среди себе подобных в жёсткой борьбе и ценой потерь, мучений, самоистязания, побед и поражений. Здесь нам помогает её величество книга.

Не думай, что это просто полиграфическая продукция. Книга несёт в себе материальную составляющую писателя, автора, составителя. Подносишь руки – одна тёплая и тянет открыть обложку, другая – холодная и рука повисает в воздухе, следующая – омерзительно ледяная, и рука отдёрнута без жалости.*

Есть книги безликие. Вроде всё правильно написано, информационно насыщены, а следа в душе и сердце не оставляют. Так, прочитал раз и забыл. Но когда появляется со временем непреодолимая потребность перечитать книгу – это победа автора. Он властен пока пишет произведение. А написав, теряет это преимущество. Оно переходит к читателю. Только он истинный хозяин будущего любой книги. Тому есть многочисленные примеры в русской классической литературе.

У нас немало ныне считающих себя писателями. А сколько их останется, скажем, в конце этого века?

Слушал дядю Петю, открыв рот. Ему первому несу свои рассказы, писаные с подсмотренных случаев на улице Азовской. Ему показал первые статьи в «Крымский вестник» и он безжалостно вычёркивал абзацы, а дома, уткнувшись в подушку, я дико ревел, пугая бабульку.

Как я счастлив! Утром, наскоро позавтракав, сажусь с карандашом за лист бумаги и пишу, пишу, пишу… Очень скоро понял, а дядя Петя помог, что главное не в количестве письма, а в качестве его, смысловым значении, актуальности, лаконичности, информационно-эмоциональной насыщенности, своевременности, хорошем русском языке и… простоте. Ибо всё великое – просто.

Как долго шёл к этой короткой фразе…

_____________________________________________________________________________________

* Какое точное попадание в сферу современных дискуссий о том, что книгу скоро полностью заменят электронные носители информации. Да, последние невероятно полезны в современном технотронном мире. Но книгу они заменить не смогут. О значении её и говорит Королёв в реплике более чем столетней давности.

Однажды, дядя Петя, прочитав мой очередной опус, приписал:

«Гением можно назвать лишь того человека, который находит такое глубокое наслаждение в своём творчестве, что он работает, несмотря на все препятствия. Поставьте преграды этим потокам: тот из них, который должен стать славной рекой, сумеет все их опрокинуть».

Николаха – это не мои слова. Они принадлежат французскому писателю с мировым именем Анри Мария Стендаль. Удачи тебе!».

P.S. Рад, что нет традиционной приписки химическим карандашом. Когда вижу почти выцветший его след, сердце замирает перед следующей строкой.

Значит, герои далёкой памяти повествования продолжают жить…

Об авторе: Аркадий Михайлович Чикин:
Родился в г. Сызрани Куйбышевской (Самарской) области в 1955 году. Окончил Сызранское высшее военное авиационное училище лётчиков (1972-1976). С 1976 по 2000 гг. проходил службу в ВВС КЧФ ВМФ СССР, а затем РФ. Член Союза писателей и Союза журналистов России, лауреат общегородского форума «Общественное признание» и национальной премии РФ «Культурное наследие» (2007). Доцент Севастопольского филиала Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов. За творческую деятельность в 2007 году удостоен «Благодарности» Министра культуры и массовых коммуникаций РФ А.С. Соколова. Автор 15 книг, более 500 публикаций г. Севастополь
Другие публикации автора:
Автор: Аркадий Михайлович Чикин

6 комментариев

  1. Это дом Гавалова, а не Грязнова. Модератор не успел ввести
    исправление. Приносим извинения.

  2. Не перестаю удивляться! Замечательна работа.

  3. На фото четырехэтажный дом Зусмана, №50. На втором плане дом Лихвенцова №38 (с башенкой), на этом месте сейчас гостиница «Севастополь».
    Дом Гавалова (в котором ныне муз.школа и музей им. Крошицкого) имел номер 33.
    Под номером 9 находился дом Топалова, он примыкал к гостинице «Северная» (дом №7) и располагался напротив Корниловской площади.
    Дом Гавалова — не единственный из уцелевших на пр. Нахимова с дореволюционных времен. Есть еще Дворец детства и юности (здание бывшего ИФМЛ) и, предположительно, часть дома Гущина (Терентьева) — это нынешнее кафе-бар «Альбатрос» с надстроенным вторым этажом.

  4. Согласен с Вячеславом. Пересмотрел материалы В. Чверткина. Всё правильно. Спасибо. Устраним недоработку.

  5. Нечаянно пропустила эту главу. Считаю, что такие книги в Севастополе нужно пропагандировать неустанно. Молодец, автор!

  6. Уважаемые земляки,
    Живу в Москве. Позвольте внести одно уточнение в прекрасное повествование А.М.Чикина о нашем городе. Дело в том, что после войны школа № 2 на Суворовской продолжала жить. Я её выпускник 1956 года. Наш выпуск был вторым послевоенным — два десятых класса. Прошло столько лет. Я благодарен нашим учителям, это были высокие профессионалы.С удовольствием вспоминаю одноклассников, а ещё наших шефов — экипаж крейсера «Михаил Кутузов».
    Севастополец.

Оставить свой комментарий