КЛИНИКА «БОНУС» – ЯВЬ МЕДИЦИНЫ БУДУЩЕГО

Картинки по запросу "клиника бонус севастополь"В начале нынешнего года президент России назвал состояние медицины в Севастополе и Крыму плачевным. И был прав… но не совсем. Поскольку не знал о единственной в Севастополе негосударственной клинике «Бонус».

В уютной комфортабельной палате «Бонуса» я смотрела по телевизору спецвыпуск о радикальной смене правительства России. Шли бурные дебаты  и о необходимости реформировать здравоохранение, приблизить квалифицированную и полноценную медпомощь к народу – по давней традиции: «Утром мажу бутерброд – сразу мысль: а как народ?».

В «Бонусе» я перенесла тяжелейшую операцию, которая, надеюсь, дала мне шанс на жизнь.

Но обо всем по порядку. Все познается в сравнении, а в частном случае, как в капле воды,  можно увидеть многие проблемы муниципальной полисной медицины.

За долгие годы жизни в Севастополе (с 1981 года) я обращалась за медпомощью только два раза: после собачьего укуса и перелома руки.

Серьезная болезнь обрушилась нежданно-негаданно – как гром среди ясного неба.

Доктор на основании первого анализа, не показавшего практически никакой клинической картины (ключевыми словами были: «не определяется») обнадежила: предстоит так называемая малая операция. Очередь до нее дошла через два месяца: собирать необходимые анализы – дело не одного дня.

Но… после малой операции был поставлен катастрофический диагноз. По сей день сомневаюсь, а была ли она нужна вообще?!

Мчусь в городской онкодиспансер, в тот же день попадаю к врачу. Он подтвердил, что операция необходима, и… отправил меня за талонами на обследование в поликлинику по месту жительства.

Там вместо талонов по принципу «здесь и сейчас», то есть, на ближайшие дни, получила талон… вновь на консультацию в онкодиспансер плюс добрый совет из разряда черного юмора: мол,   приютите хорошую бесквартирную даму для ухода за вами с перспективой унаследовать вашу квартиру. Прямо по классику:  «Но, боже мой, какая скука с больным сидеть и день и ночь… печально подносить лекарство, вздыхать и думать про себя: когда же черт возьмет тебя!».

Фамилию эскулапа не называю, ибо стрессотерапия мобилизовала на позитив: не дождетесь!

А болезнь грызла, как зверь. Однажды даже вызвала «Скорую помощь». Огромное спасибо замечательным доктору и медсестре (фамилии, к сожалению, не выяснила – не до того было, но помнить буду всегда!), которые сумели стабилизировать состояние. Надолго ли? Времени для хождения по замкнутому кругу уже не было. Как в позапрошлом году у мужа подруги: его примерно по той же схеме футболили из кабинета в кабинет – прямиком до хосписа.

В череде звонков друзьям и знакомым получила дельный совет обратиться к доктору-онкологу Александру Ивановичу Штанько: «Если возьмет на операцию – будешь спасена!».

Даже краткое интернет-знакомство с послужным списком доктора впечатляло: стажировка в ведущих онкологических клиниках и институтах онкологии Европы, доклады на всемирных конгрессах, членство в Европейском обществе хирургической онкологии и Американском обществе клинической онкологии.

Сказать, что волновалась, переступая порог кабинета (пан или пропал!) – значит, ничего не сказать. С первых минут поняла: избранная специальность стала для доктора делом жизни (отсюда и постижение мирового опыта), а каждый больной – не безликой статистической единицей. Александр Иванович прекрасно помнил названных мною пациенток (одна начинала лечиться у него в 1998 году и сейчас, слава Богу, в добром здравии).

Он произвел впечатление чрезвычайно занятого человека, ценящего каждую минуту времени. Беседу вел предельно лаконично  (полнота в краткости!), при этом успел задать много вопросов и внимательно выслушать ответы.  Главное, что он не просто вник в мою проблему – он уже ею жил!

Итогом беседы и осмотра стал безапелляционный вывод: «Будем оперировать!».

Сказано – сделано! В точно назначенный день и час.

Низкий поклон Александру Ивановичу Штанько, анестезиологу Артему Витальевичу Пернацкому, сестричкам и нянечкам, которые были со мной в трудные часы пребывания в палате интенсивной терапии, а затем скрупулезно – минута в минуту! – выполняли все врачебные назначения, поддерживали в палате идеальную чистоту   и  уют.  Это был действительно квалифицированный и заботливый уход, о котором можно только мечтать. Видимо, нерадивых работников в «Бонус» не берут.

Там же, в палате, не раз задумывалась и о том, почему Александр Иванович в 2016 году ушел из онкодиспансера, где прошел путь от ординатора до заведующего хирургическим отделением и главного онколога города.

Нашла на просторах Интернета интервью на эту тему. В ответах на вопросы между строк с корректными, предельно сдержанными формулировками отчетливо читалось: не видел перспектив дальнейшей плодотворной работы.

А ведь и в других отраслях многогранной жизнедеятельности Севастополя многое с 2014 года пошло не так, как надо! Дело вовсе не в переходе Севастополя в состав России (это не обсуждается!), а, что досадно, в факторе субъективном.

Еще в 2014-2015 гг. я писала о жутком кадровом кризисе в местной власти. В кресла Заксобрания по воле рока попали местные дилетанты, умеющие по поводу и без повода лишь критиковать далеко не профессиональных и образцово-показательных чиновников исполнительной власти, прибывших с материка. И немало преуспели на популистском поприще, если вспомнить, что персоналии в правительстве менялись, как листья на дереве, а градоначальник (не губернатор, ибо город федерального подчинения – не губерния!) уже третий по счету…

Зато на полном серьезе долго и упорно обсуждали проект модернизации исторического герба, пытаясь примостить Золотую Звезду с советского герба под хвост грифона… Или дискутировали о реконструкции Матросского бульвара…

Да и российские отраслевые министры, видимо, считая севастопольцев людьми второго сорта, присылали на руководящие должности профильных учреждений людей с материка, далеких не только от севастопольских реалий, но и от специфики вверенного им объекта. Достаточно вспомнить многострадальный Херсонес Таврический. Ни в Турции, ни в Иордании, ни на Кипре на широких просторах античных музеев-заповедников под открытым небом я не видела ни деревянных стежек-дорожек, ни стендов-виселиц, ни уродливых будок, похожих на конуры сторожевых собак, ни театральных сцен с громоздкой аппаратурой, беспардонно взгроможденной на артефакты.

Но вернемся к теме медицины. Тогда я в ситуацию не вникала, и ужаснулась, узнав, что еще с 2015 года в онкодиспансере Севастополя пылился доставленный из Москвы сверхточный линейный ускоритель для лучевой терапии, необходимый больным, как воздух. Сроки его ввода в эксплуатацию были назначены на 2017… 2018… 2019 годы…

Несомненно, воз был бы и ныне там, если бы не президент, поставивший нашей медицине заслуженный неуд.

Нет, Владимир Владимирович, еще не все потеряно! Александр Иванович Штанько и другие доктора экстра-класса, во-первых, не уехали из Севастополя, хотя таких специалистов ведущие клиники мира приняли бы с распростертыми объятиями. А, во-вторых, они, покинув муниципальные медучреждения, не ушли из профессии. Но не стали тратить силы и свое драгоценное время (на деле – драгоценное для больных, судьба которых висит на волоске) на борьбу с ветряными мельницами, а стали действовать.

Можно только догадываться, каких титанических трудов стоило директору клиники Андрею Григорьевичу Ковалишину и его единомышленникам не только возвести «Бонус» и оснастить кабинеты и операционные современным оборудованием (понятно, не за государственный счет), но и поднять качество обслуживания на уровень мировых стандартов. А главное – осуществить перестройку мышления медперсонала – особенно среднего и младшего, без чего успех был бы невозможен.

В онкодиспансере тоже произошли отрадные перемены: помимо запуска уникального оборудования, в отремонтированном здании поликлиники на стенах появились телемониторы с сюжетами на медицинские темы. Может, дойдут руки и до действующего стационара, а потом и до строительства нового здания.

Не сомневаюсь, что в коллективе есть отличные специалисты, для которых Севастополь с годами станет родным городом. Возродятся профессиональная  преемственность и традиции заслуженного врача Украины легендарного Анатолия Андреевича Задорожного, имя которого ныне носит онкодиспансер.

Только бы пересмотреть отношение к больным, выстроить систему, в центре которой будет пациент и своевременная помощь ему.

А пока «Бонус» – воплощение того самого будущего, о котором правительственные чиновники так вдохновенно вещают с телеэкранов.

Так поддержите! Первый, самый легкий и беспроигрышный шаг – хотя бы дайте клинике больше квот на лечение. Тем самым подарите обреченным людям дивиденд (первоначальное значение слова бонус) – годы полноценной жизни…

 

Ольга СИГАЧЕВА.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Об авторе: Ольга Сигачева:
Севастополь. Член Союза журналистов России
Другие публикации автора:
Автор: Ольга Сигачева

Оставить свой комментарий