Ирина Симанская: Судьба «афганца». Документальная повесть

Воинам-афганцам посвящается.

День 8 Марта шел к концу. Олег позвонил Свете, и они договорились встретиться. Светка была необыкновенной девушкой. Олег часто смотрел на неё и думал: «Это мое счастье». А познакомились они на дискотеке. Света умела танцевать грациозно, гармоничные движения сочетались с быстрым темпом. Она не с каждым шла танцевать, а желающих было много.
«Неужели «обвал» ждет и меня», — подумал Олег и непринужденно подошел, пригласил. Девушка молча протянула руку, взглянула мельком.
Потом выяснили — учились в одной школе, но Олег был старше её на четыре года, а как известно по школьным правилам, на малышню старшие внимания не обращают.
А вот Света припомнила случай, когда старший мальчик оттолкнул её в школьном буфете. Пожал Олег плечами:
- Извини, пожалуйста, ты, наверное, тогда была с косичками и бантиками?
- Может быть,- засмеялась Света. Понял Олег, что прощен за прошлые «грехи», и поспешил ангажировать её на все последующие танцы и как не пригласить, если взгляд Светиных бездонных глаз притягивал, как колодец, заглянув в который, смотришь, не отрываясь.
Улыбка легкая, без тени кокетства или зазнайства. Чистотой и светлой радостью веяло от её облика. «Недаром девочку Светой зовут», . подумал тогда Олег.
Познакомившись поближе, он стал заходить к ней домой и сразу понравился Светиной бабушке: «К нам гость пришел, к добру, значит, у нас как раз сегодня варенички». Она обязательно угощала чем-то вкусным, наливала чайку, интересовалась его родителями, кто они, где живет семья, сколько в ней детей, хвалила, что профессию себе в училище выбрал серьезную: «Ты правильно, сынок, делаешь, не ищешь легкого труда. Сварщик  специальность везде нужная. На судостроительном заводе люди имеют немалые заработки».
По правде говоря, Олегу работа сварщика вовсе не нравилась.
Мама Светы ходила в море на промысловых судах, чтобы хорошо заработать. Большие деньги тратила на дом и одежду дочери. Светка всегда была одета лучше всех в школе. Да разве это главное. Ей еще учиться три года, а у Олега времени уже в обрез, нужно думать о будущем. Поклялись друг другу, что
любовь навечно, — пишут новости Полтавы.

В военкомате поступил на курсы водителей автомобилей, думал, в армию заберут, так хотя бы не на пузе в пехоте ползать.

Время бежит быстро. Уже исполнилось девятнадцать лет.Окончил училище, курсы. Вот-вот повестка придет.
Зашел вечером за Светой, как договорились, чтобы пойти на дискотеку. На душе было грустно, отчего и сам не знал, а навстречу шли друзья, да еще с плохой новостью. В воздухе уже давно витало страшное слово . Афганистан. У Олега появилось какое-то паршивенькое предчувствие, не хотелось бы туда попасть, но кто знает, как оно сложится.
Друг Гриша и его брат, который был на четыре года старше, уже служили в Афганистане. И то, что он сейчас услышал, подействовало ошеломляюще, словно снаряд разорвался:
. Банетина Павла знаешь? Сегодня в гробу домой вернулся.
Танцевать не пошли, бродили по городу, больше молчали. Пошли на набережную к обрыву, направились к морю, оно, море, темное, небо черное, на берегу ничего не видно. Только где-то внизу ударяет волна, как в висок стучит: «Не миновать мне Афгана», — подумал Олег с тоской.
Лето было скучным, не такое, как всегда. В октябре пришла повестка. Отгуляли проводы шумно, вся родня собралась, но невесело на душе. Света ждать обещала, плакала, не отходила от Олега. Плакала и Светина бабушка, когда Олег пришел прощаться, говорила, что как родного полюбила.
- Буду я вам родной, — шутил Олег. . Вернусь, свадьбу сыграем, еще правнуков понянчите.
В октябре 1985 года новобранцы уже были в Симферополе.
Непонятно как-то все получилось, они без дела отсидели в казарме три дня и снова их отправили в Керчь, сказали — ждать новую повестку.
Дома бабушка (мамина мама) всплеснула руками. И не надо ей было говорить ничего, да вот вырвалось:
- О, це дуже погано.
Через неделю новая повестка. В военкомате собрали водителей. Под Симферополем образовался целый лагерь, только сто человек молдаван и гагаузов, двадцать керчан. Своих, из одной учебной группы, восемь человек. Наконец, приехали «покупатели» (так представителей из воинских частей называли). Форма легкая, на голове панамы. Сразу шепоток пошел: «Из жарких мест, наверняка, Афган».
Ночью началась посадка в самолет. Симферополь. Ташкент.

Уже ни у кого нет сомнений насчет места службы. В четыре утра прилетели в Ташкент. Сверху видно, что город красавец: блестят купола, улицы ровные, зелень буйная.
С ребятами общается только сержант. Сказал, что родом из Никополя. Каждый его спрашивает: «Куда нас?». Вначале не говорил, а потом произнес незнакомое название: «В Иолотань».
Все друг друга спрашивают . никто не знает. Наконец, выяснилось, что это Туркмения, сто километров до Кушки. Двое суток от Ташкента.
Жара стоит жуткая, воздух дрожит волнистыми точечками, собирающимися в струйки. В Иолотани, оказывается, учебный центр, к условиям жизни здесь ребята должны еще привыкнуть. Центр на 880 человек . водители, саперы.
На границе Олега определили к водителям. В комиссии кто-то заикнулся: здоровый малый, его бы в Ташкент, в десантники, но это не входило в планы Олега. только в водители. К ротному Пономаренко как-то сразу душа расположилась, потому что он был на отца похож — и фигура, и лицо. Прямой,строгий, не юлил, не обманывал: «Все в Афганистан, до единого».
Как-то Олег достал фотографию отца и показал ему. Ротный замер:
- Откуда у тебя?
- Да это отец мой.
Посмотрел Пономаренко внимательно и говорит:
- А ведь и ты на меня похож. Нос продолговатый, глаза глубоко посажены. Лицо длинное и скуластое. Точно похож.
Начались военные будни. Масса занятий, почти всех определили по разным ротам. Но керчане попали вместе в одну роту, то ли симпатия ротного к Олегу помогла, то ли еще что-то. Все они крепкие, здоровые, красивые… За ними так и закрепилось - керчане.
Был январь 86-го, из дома прислали письмо, рыбки хорошей домашней заготовки. У рыбака закон — рыбкой угостить и ротному приятно, и не взятка. Неплохо совсем, что керчане в одной роте оказались. Они спаянные между собой, в случае чего всегда выручат друг друга. Начались утомительные ежедневные занятия. Днем жара, ночью зуб на зуб не попадает. Ташкутан — это город около границы Таджикистана. Тут и живут ребята в солдатских палатках, всех снабдили сухим пайком.

Но вот стали отправлять на фронт. Прилетают за ними самолеты и забирают по тридцать пять человек.
Когда стали выходить из самолета, то показалось им, что ничего не изменилось — те же палатки, самолеты стоят. Говорят, Кундуз, Афганистан. Началась пересортировка солдат для распределения по частям. Дел, в общем-то, пока нет, все ждут «покупателей». Следующий день начался так же, как и предыдущий, спокойно. Вдруг свист,  ракеты, откуда ни возьмись, самолеты налетели, говорят. Налет вражеский, а солдаты даже и не понимают, что это такое.
Начальство малость подсуетилось, куда-то отправили пару танков, пару вертолетов. В общем, все быстро как началось, так и закончилось. Разве это война?
Напутствие. Наконец, приезжает старший лейтенант, который и забирает керчан всех вместе к себе в часть. Тут только и стало до их сознания доходить: лейтенант и сержант усталые, измотанные, седина в волосах, разве скажешь, что они всего на несколько лет старше солдат, за которыми приехали . а ведь меньше пятидесяти им не дашь.
Отобрали сорок человек . уже никаких секретов нет. Лейтенант доходчиво рассказывает, как придется воевать:
. Служить, ребята, будете в автомобильных колоннах, рейсы между гор. Шестьдесят машин обычно идут змейкой на небольшом расстоянии друг от друга. Предстоит перевозка к аэродромам авиационного керосина, шестнадцать кубов на каждой машине, дороги практически нет — сплошь рытвины и ухабы.
Душманы нас, ребята, любят — горим мы хорошо. Так что обещаю я вам веселую службу, дремать не придется. Одним словом, бдительность нужна на каждом шагу. Душманы, «духи» мы их называем, тут ведут вроде бы партизанскую войну. Коварные и злые.
Служить будете в Баграме, рядом Пыншер. Может, читали, в конце 1985 года там была всеармейская боевая операция.
До аэродрома ведет лесополоса. Дорога нелегкая, почти все время между гор, вот это и нравится «духам», там они и встречают наши машины.
В общем, лейтенант рассказал главное, отнеслись все по-разному, но поняли, что сказана правда.

Доехали. Никто с распростертыми руками не встречает. Видим, стоят солдаты, внешне бывалые, есть седые, небритые, явно ждут замену. Ни улыбок, ни радости в глазах. Все думали, что иначе служба начнется. Дело в том, что демобилизующиеся должны еще остаться, чтобы в течение определенного времени обучить на практике молодых, сходить с ними в рейс.
Снова опасности, встречи с душманами, ясное дело, что никто из прибывших еще ничего не смыслит, как пройдет этот последний их рейс? Так чему же здесь радоваться? Много среди солдат азиатов. Странным это показалось Олегу, не понять ему пока еще всего, а прожить с этими людьми придется еще неделю . карантин. Они вроде как объяснять должны все новичкам, но не тут-то было — неприветливые, грубые, на вопросы не отвечают.
Через неделю отправили по ротам. Вместе с Олегом попал только один керчанин . первое разочарование. Объяснили, что каждый рейс в один из городов, некоторые находятся в субтропиках (Гордес, Газни, Шахджон, Асадобад, Джалолабад), длится одну неделю. Второй маршрут по направлению к северу, Полихумра, через перевал Саланг.
В первый рейс Олег отправляется с «дембелевым» солдатом. Тот объясняет предполагаемые ситуации, поведение, показывает на особо опасные участки пути.
В Полихумри нужно ехать через перевал Саланг, для этого надо проехать очень опасное место — туннель. В случае пробки в туннеле может произойти опасное скопление газов. Пока что это рассказы. В движении постоянно сорок- сорок пять машин. Колонна охраняется, этим пользуются мирные жители: везут продукты, людей. Нередко воинам, чтобы не задохнуться, приходится надевать противогазы. В автопарке 75 машин, но в работе только 40-45. Подбитые машины идут на запасные части. Вначале приходилось удивляться: парк автомобилей постоянно обновляется, машине один год, а внешне можно дать не менее пятнадцати лет.

Неожиданности службы

Днем по Цельсию 70°, вечером . прохлада, ночью до +10°. Природа удивляет своей необъятностью, субтропики все же. В первое время солдат поражали часто встречающиеся змеи. Азиаты разбирались в этом лучше и объясняли, где гюрза, кобра, щитомордник. Много сухопутных черепах, полно ящериц и даже такая невидаль, как огромные вараны. А уж грызунов и не перечесть суслики, сурки, зайцы. Опасно встречаться с ядовитыми пауками. Орлы и коршуны постоянно в небе.
В части отношения между солдатами с первых же дней стали складываться ненормально. Старший призыв — «деды», как их называли, были в основном таджики и узбеки. Между собой сплоченные, дружные, сразу же стали без всяких причин относиться к новичкам зло, недружелюбно. Олег почувствовал, что такое «неуставные взаимоотношения», о которых столько говорили до службы. Мало того, что физически тяжело, только ляжешь отдохнуть, как кто-нибудь из «дедов» посылает за чем-нибудь. Или отрывает от важного исполняемого дела, заставляя обслуживать себя, выполняя какую-то чепуху. В общем, нужно исполнять прихоти старослужащего.
Едет как-то Олег по трассе и думает, да что же это за садисты, лоб зарос волосами до бровей, взгляд животного, достает мне до подмышки еле-еле, а я должен терпеть его выходки? Где же правда? Зло заполняло день ото дня.
А тут и случай произошел совершенно дикий. Прошло всего четыре месяца службы, у каждого свой номерной автомат, за который отвечаешь головой. Команда: «Выехать срочно!». Забегает Олег в дежурку, подбегает к своей ячейке — автомата нет.
Видит, сидит дневальный солдат, охраняющий оружие. Олег разразился самой отборной бранью. Солдат и головой не повел.
Сквозь зубы процедил:
- Знаешь, что за потерю личного оружия?
Кинулся Олег искать в других пирамидах, ругаясь последними словами, и вдруг сзади получил сильный удар по спине. Узбек ростом мал, схватил автомат и ударил Олега, хотел видно по шее, но не достал, вся сила удара пришлась на лопатки. Боль невыносимая и физическая, но еще больше — моральная.
. За что же ты меня? . матом, конечно, крикнул. Выхватил автомат, прикладом ударил в плечо.
Дневальный упал. На шум прибежали солдаты, доложили ротному. Пришлось объясняться. Солдата немедленно отправили в санчасть, он от боли корчится, тоже ругается.
Настроение паршивое . драка, да еще с применением оружия, но, видно, ротный командир капитан Бойко разобрался в случившемся. Через некоторое время вызывает Олега, усаживает напротив себя и говорит:
- Спасибо тебе должен сказать: «твой» солдат из госпиталя вышел, списали его, домой уехал. Ключицу ты ему сломал. Но дело не в этом. — И дальше совершенно неожиданно, — увольняется помкомвзвода, так вот, тебе мы присваиваем звание сержанта и будешь помощником комвзвода. Наливная машина остается за тобой.
После разговора Олег вышел удивленным, какая-то неловкость от произошедшего скандала не прошла, чувствовал за собой вину, а тут…

Снова дороги, снова засады и обстрелы. Машина по камням ползет еле-еле. Свистят пули. Олег уже по звуку и передергиванию затвора автомата противника может определить, мимо пули пролетят или изрешетят цистерну.
На лобовом стекле машины по инициативе водителей вывешивается табличка: фамилия, город призыва на случай встречи с земляком. Олег только один раз встретился с севастопольцем.
Через полгода объявили, что на смену отслужившим два года прибывает пополнение. Молодые, совсем еще юные. Смотрит Олег на них, думает: неужели и я совсем недавно был таким же желторотым птенцом?
В карантине каждый желает встретить земляка:
- Ребята, из Крыма есть кто-нибудь?
- Подожди, . говорит сосед, — кажется, из Керчи кто-то был.
Сердце забилось сильно.
- Земляк из Керчи, ребята, кто?
Не верит своим глазам . боком проталкивается из группы парень, — оказывается одноклассник, в школе вместе учились.
Косов Игорь. Обнялись, словно родные братья. Побежал Олег к капитану, командиру роты Бойко, упрашивать стал, чтобы Косова, керчанина, оставили в одном с ним взводе. Капитан обещал, и слово свое сдержал, теперь Игорь
попадает под начало своего одноклассника.
Первый же вопрос, как здесь с «дедовщиной»? Олег честно рассказал ему все свои мытарства.
- Знаешь, я так настрадался и тяжело пережил первые месяцы, что когда меня назначили помощником командира взвода,
дал самому себе слово . буду справедлив. Никогда не делаю никому поблажек и никого не унижаю. Узбеки — ребята сплоченные, они между собой дружны, а над другими я не даю издеваться. Будь спокоен, теперь нас трое.

Игорь небольшого роста, немного неуклюжий, но сейчас это не важно, на каждом шагу опекает его Олег.
Можно сказать, служба вошла в свою колею. Из дома регулярно идут письма. Света вначале писала в месяц по два письма, но к концу года замолчала. И пришлось спросить у мамы: «Не трави душу, ты же понимаешь, что лучше всего знать правду».
Следующее письмо из дома брал в руки с чувством, что ответ плохой. Мама писала: «Света готовится замуж». Олег считал себя волевым человеком, но как трудно осознать, что любовь была не настоящая. Его родная, нежная, о чем только не пере мечтали они, чего не запланировали на будущее! Конечно, мать права, так лучше, когда человек раскрылся полностью в трудный период жизни.
Кстати, о трудностях домой никогда не писал. Как-то земляк дал свое письмо почитать, а в нем — одна правда.
-Ты о чем думал, когда писал? — сказал ему Олег. — У них же там дома вся душа изойдет от страха. Ты пиши вот о варанах, что тебе дорогу переходят, о ящерицах, жаре, солнце, холоде ночью, о ребятах, что вокруг ходят, дорожки подметают, чистоту в палатках держат. Тарантула, мол, лично огромного убил, пауков здесь — до границы не пересчитать.

Продолжение следует

Для пожарников и людей, работающих в опасных отраслях необходима покупка спецодежды, чтобы быть защищенным в ситуации, которая может грозить жизни и здоровью работника.

Другие публикации автора:
Автор: Администратор

Один отклик

  1. Спасибо, Ирина Юрьевна. В 90 лет так держать руку на пульсе! Ждем продолжения.

Оставить свой комментарий